Сгорел товар на Wildberries: что делать и будут ли выплаты

В ночь на 18 июля 2026 года после атак беспилотников загорелись склады Wildberries в Электростали и Котовске. У сотен продавцов товар превратился в пепел за одну ночь. Там, где горели деньги, погибли и пострадали люди - это отдельная, настоящая беда, и я снимаю шляпу. Дальше в статье я про другое: что делать тем, у кого сгорели деньги, и как пройти этот удар без паники и импульсивных решений.

Я аутсорс-финдиректор. Через нашу команду прошло более 250 компаний, среди них - продавцы на маркетплейсах. И первое, что я вижу у людей после такого ЧП, - это шок, помноженный на неправильную цифру. «У меня сгорело на пять миллионов!» А по себестоимости дыра - миллион двести. Остальное - паника, которая толкает на поспешные решения.

Разберём по порядку: будут ли выплаты от Wildberries и почему они выходят такими маленькими, как посчитать реальный ущерб, обязан ли маркетплейс возмещать товар по закону, что сделать в первые дни, как это спишется в налогах и когда идти в суд, а когда подождать.

Сразу оговорюсь: материал образовательный, это не персональная юридическая или налоговая консультация. Что делать с конкретными цифрами и претензией, решаешь ты - при необходимости вместе с юристом и бухгалтером. Моя задача - дать порядок действий и показать, как считать на холодную голову.

Что случилось со складами Wildberries?

Логоцентр в Электростали площадью 250 тысяч квадратных метров, по оценкам, выгорел почти полностью. Склад в Котовске - свыше 108 тысяч квадратных метров. Вместе это около 350 тысяч квадратных метров мощностей, примерно 7% всех складских площадей Wildberries (часть источников даёт диапазон 6,5-9%).

Оценки ущерба расходятся. Сами логопарки и инфраструктуру Wildberries консультанты по недвижимости оценивают примерно в 20 млрд рублей, с товаром и оборудованием - до 50 млрд. Стоимость товара продавцов на этих складах аналитики называют кратно выше - от 150 млрд рублей и больше. Единой проверенной цифры «сколько сгорело в штуках и рублях» никто не публиковал, и это важно: паническая оценка «сгорело на сотни миллиардов» смешивает розничную витрину с реальной себестоимостью, а это разные вещи. К этому вернёмся.

Что касается работы площадки: маркетплейс в целом функционирует, заказы выполняются. Часть отгрузок перенаправили на другие склады - Рязань, Воронеж, Владимир, Тула, Тверь. Сроки доставки в европейской части страны выросли минимум на несколько дней. Атаки в июле шли волнами, поэтому список пострадавших объектов со временем менялся - актуальный статус по своим складам смотри в личном кабинете продавца.

Будут ли выплаты за сгоревший товар?

Разложу позицию Wildberries на две части, потому что их часто путают.

Юридическая позиция - «не обязаны». 7 июля 2026 года, за 11 дней до атаки, в оферту добавили пункт 11.3.4.1. Он относит к непреодолимой силе «любые последствия применения, воздействия, падения, запуска или срабатывания вооружений, военной техники, летательных аппаратов (включая БПЛА)». Новая редакция вступила в силу 20 июля. На это Wildberries и опирается: раз форс-мажор - юридической обязанности возмещать товар нет.

Фактическая позиция - «платим добровольно». 22 июля основательница компании Татьяна Ким объявила старт добровольных выплат. Формулировка была прямой: «Несмотря на чрезвычайную ситуацию и отсутствие обязательств по возмещению утраченного товара, мы прорабатываем объёмы выплат для продавцов и другие меры финансовой поддержки». То есть сам маркетплейс называет выплаты доброй волей, а не долгом.

Как устроены выплаты на практике:

• Приоритет - мелким продавцам. Первыми деньги получают «наименее защищённые предприниматели», это более 88 тысяч продавцов, пострадавших в Электростали.
• Механизм «симулятор продаж». Деньги приходят не сразу и не целиком: их дробят на транши - как если бы сгоревший товар продолжал потихоньку продаваться со склада с прежней скоростью и по тем же ценам со скидками.
• Размер первого транша - около 10-15% от суммы, которую продавец заработал бы за продажу всего товара. По заявлению площадки, это не финальная сумма.
• Крупный и средний бизнес по «симулятору» выплат не получает - для него разрабатывают отдельный механизм, ближе к кредитованию на специальных условиях.
• Оценка ущерба - до 30 дней. Именно этот срок называют в ответ на заявки: «ждите оценку».

Плюс к деньгам за товар площадка объявила меры поддержки: скидки на хранение, скидку на транзитные поставки в региональные склады, а через свой банк - отсрочку долга до 6 месяцев для малого и среднего бизнеса, льготный факторинг и кредиты на закупку новых партий. Это лечит кассу и помогает быстрее дозавезти товар, но саму потерю не отменяет - долг лишь растягивают во времени.

Почему первые выплаты такие маленькие?

Продавцы массово жалуются: суммы приходят в разы и на порядок ниже реальных потерь, а как их считают - непонятно. По разным продавцам доля выплаты гуляет от единиц процентов до примерно половины себестоимости, но у многих это 2-9%. Диапазон широкий, единой формулы в личных кабинетах долго не было, отчёт с расчётом продавцы смогли увидеть только ближе к концу июля.

Здесь есть системная проблема, которую важно понять именно как финансисту. Wildberries видит твой товар по своей цене реализации - той, что стоит на витрине. Он не знает, за сколько ты его закупил. Поэтому и «симулятор», и любые прикидки площадка строит от розницы, а не от твоих вложений. Для продавца это работает в обе стороны: розничная цена завышает «сгоревшую сумму» в его собственной голове (отсюда паника), но при этом расчёт транша от розницы за вычетом скидок, комиссий и растянутый по времени даёт на руки совсем немного.

Вывод простой: сумма, которую тебе начислил Wildberries, - это не твой ущерб. Ущерб ты должен посчитать сам, отдельно и по своим документам. Иначе ты не поймёшь ни насколько всё серьёзно, ни справедлива ли выплата, ни есть ли смысл дозаявлять своё.

Как правильно посчитать свой ущерб?

Первая ошибка испуганного продавца - оценить сгоревшее по цене, по которой он бы его продал. «У меня там лежало на пять миллионов». Стоп. Пять миллионов - это сколько бы ты выручил, если бы всё продал. Это упущенная выручка, а не дыра в кармане.

Реальный ущерб - это себестоимость сгоревшего остатка:

• закупочная цена партии (по универсальным передаточным документам, накладным, договору с поставщиком);
• плюс прямые расходы, чтобы довезти товар до склада: доставка до склада Wildberries, упаковка, маркировка, приёмка.

Розничная цена включает то, чего ещё не случилось и уже не случится: твою наценку (это упущенная прибыль), комиссию площадки, логистику до покупателя, налог. Ничего из этого ты не заплатил и не заработал - значит, и не потерял.

Разница между розницей и себестоимостью - это прибыль, которую ты не получишь. Болезненно, но это недополученный доход, а не минус из кармана. Складывать их в одну цифру «сколько я потерял» нельзя - иначе испугаешься втрое сильнее, чем стоит, и наделаешь ошибок.

Эта же логика - что выручка и прибыль это разные цифры, а деньги на счёте это третье - лежит в основе всего управленческого учёта. Если хочешь разобраться, откуда вообще берутся эти три разные цифры, у меня есть отдельный разбор: почему выручка есть, а прибыли нет.

Один пожар - три удара: капитал, прибыль, касса

Это ядро финдиректорского взгляда. Один пожар оставляет три разных следа, и путать их нельзя.

1. Капитал (баланс) - деньги заморожены и сгорели. Товар на складе - это твои деньги в товарной форме. До пожара это был актив «Запасы» на сумму себестоимости. После пожара актива нет, и на эту сумму уменьшился собственный капитал (если товар был свой). Это прямая, безвозвратная потеря вложенного.

2. Прибыль (отчёт о прибылях и убытках) - убыток месяца. Себестоимость сгоревшего уходит в расходы периода и обнуляет или уводит в минус прибыль этого месяца. Ключевой момент: это разовый, неоперационный убыток. В управленческом отчёте его показывают отдельной строкой «потери от ЧС», чтобы не решить, будто торговля стала убыточной. Бизнес-модель цела - сгорел склад, а не развалилась экономика.

3. Касса (движение денег) - самый коварный след. Если партия бралась в кредит, за отсрочку у поставщика или через факторинг - обязательство никуда не делось. Товар сгорел, а платить банку или поставщику всё равно надо. Мало того что актив потерян - из кассы продолжают уходить живые деньги на погашение долга, а выручки с этого товара уже не будет. Классический кассовый разрыв, и вот где на самом деле болит.

Разберу на условном примере, чтобы механика была видна (числа для иллюстрации, не реальные). Остаток 1 000 штук, себестоимость 500 ₽ за штуку - значит, ущерб по капиталу 500 000 ₽. Из этого товара на 300 000 ₽ взято за отсрочку у поставщика - значит, удар по кассе 300 000 ₽ долга к погашению. Продавать планировал по 1 200 ₽ - упущенная выручка 1,2 млн, из неё упущенная прибыль 700 000 ₽, и это отдельная справочная цифра, а не потеря 1,2 млн. Реальная дыра здесь - 500 тысяч капитала плюс 300 тысяч кассового обязательства, а не полтора миллиона, которые мерещатся с перепугу.

Если тебе непонятно, чем баланс отличается от отчёта о прибылях и убытках и от движения денег, - это ровно те три отчёта, на которых стоит весь управленческий учёт. Я разбирал их простым языком: три отчёта, которые правда нужны бизнесу.

Обязан ли Wildberries по закону возмещать товар?

Здесь много юридики, поэтому дам её по-простому, но с опорой на конкретные статьи - чтобы ты понимал расклад, а не верил на слово.

Склад - это хранение. Когда ты работаешь по модели, где товар лежит на складе маркетплейса, после приёмки площадка становится профессиональным хранителем. По статье 901 Гражданского кодекса хранитель отвечает за утрату товара, если не докажет, что она произошла из-за непреодолимой силы.

Форс-мажор не работает автоматически. По статье 401 в предпринимательских отношениях сторона освобождается от ответственности, только если докажет, что исполнение стало невозможным вследствие непреодолимой силы. Само по себе слово «форс-мажор» ничего не снимает. Чтобы освободиться полностью, Wildberries придётся доказать сразу несколько вещей:

1. товар был в эпицентре и уничтожен именно атакой (причинная связь);
2. ущерб не усилен собственными нарушениями - работала система пожаротушения, не было халатности и задержек. Если пожар разросся из-за неисправной сигнализации, в этой части отвечает уже хранитель.

Слабое место позиции - когда сдан товар. Пункт про беспилотники появился в оферте только 7 июля 2026 года и вступил в силу 20 июля. А по статье 425 договор действует в той редакции, что была на момент передачи товара. Товар, который лёг на склад до 7 июля, принимался, когда никакого пункта про беспилотники в оферте ещё не было - и площадка задним числом переложила риск уже после того, как приняла товар на хранение. Плюс статья 428 про договор присоединения: присоединившаяся сторона вправе требовать изменения условий, если они явно обременительны и нарушают баланс интересов. Юристы уже разбирают эти аргументы.

Что это значит на практике: у продавца есть правовые основания дозаявить своё, особенно по товару, сданному до 7 июля, с полным пакетом документов. Но - и это честно - массовой судебной практики именно по «сгоревшему из-за атаки» пока нет, норма новая. Про шансы поговорим отдельно ниже.

Что делать прямо сейчас: план на первые дни

Доказательства «протухают» - данные в личном кабинете могут поменяться, поэтому первые дни важнее всего. По шагам:

1. Выгрузи историю остатков. В личном кабинете найди отчёт по остаткам, отфильтруй по сгоревшему складу (Электросталь, Котовск - что твоё) и по периоду, включающему 17-18 июля 2026 года. Сохрани выгрузку в Excel и не меняй её.
2. Запиши видео выгрузки. Прямо экраном сними, как ты выгружаешь эти данные из личного кабинета. Это усиливает доказательную базу: видно, что цифры реальные и сняты из системы на конкретную дату, до любых последующих изменений.
3. Сохрани всю первичку по поставкам. Акты приёмки, отчёты сверки, скриншоты карточек поставок и остатков.
4. Собери документы по себестоимости. Универсальные передаточные документы, счета, накладные, платёжки, калькуляцию себестоимости. Это то, чем ты будешь доказывать размер ущерба - и в претензии, и в налоговой, и в суде.
5. Подай предварительную претензию. Не в чат поддержки, а письменную, на юридический адрес, заказным письмом с уведомлением. Юристы советуют делать это в два этапа: сначала предварительная претензия сейчас (она запускает срок ответа по оферте - 30 календарных дней - и экономит время перед возможным судом), а окончательное требование - после того, как Wildberries пришлёт перечень утраченного товара.
6. Не соглашайся вслепую. Не жми «Согласиться с отчётом» и не принимай выплату до того, как проверишь расчёт. Соглашаясь с их цифрой, ты можешь отказаться от дальнейших претензий - один клик, и право дозаявить своё закрыто. По похожим историям с утратой товара на складах это уже становилось ловушкой.

Претензию не пиши с нуля на эмоциях. Возьми грамотный шаблон досудебной претензии с опорой на нужные статьи Гражданского кодекса - или обратись к юристу. Ровная, обоснованная бумага работает в разы лучше гневного сообщения в поддержку.

Идти ли сразу в суд?

Я понимаю злость, когда при потере на миллион тебе приходит 30 тысяч. По-человечески хочется тут же идти воевать. Но как финдир я бы притормозил, и вот почему.

Право никуда не денется: общий срок исковой давности - три года. У тебя есть время собрать нормальный пакет документов, а не подавать иск на горячую голову с дырами в доказательствах. Второе: ситуация ещё разворачивается - выплаты идут траншами, оценку обещали за месяц, механизм для среднего и крупного бизнеса ещё дорабатывают. Разумно сначала увидеть свою итоговую цифру и понять, какую часть тебе реально закрыли, а уже потом решать, за что судиться.

Дальше - трезво оцени сценарий. Шансы взыскать сильно зависят от того, когда сдан товар и есть ли документы:

По утрате товара на складах маркетплейсов суды в принципе взыскивают - но, как правило, частично и по себестоимости, а не по рознице. В одном известном деле продавец требовал около 306 тысяч рублей за товар, который площадка приняла, но не выставила в продажу; суд взыскал примерно 143 тысячи (около 47%) и устоял в апелляции. Сумму урезали из-за нехватки подтверждающих документов - что лишний раз показывает, насколько важны бумаги.

Не буду обещать, что через суд вернут всё: форс-мажор реальный, суммы режут, практики по атакам ещё нет. Но заявить своё правильно и не потерять само право на это - в твоих силах. А идти в суд или ограничиться претензией - решай по своей итоговой цифре и после консультации с юристом.

Как списать сгоревший товар и уменьшить налог?

Сначала разведём два понятия, которые постоянно путают. Возмещение - это когда тебе возвращают деньги за товар (выплата площадки, страховка, взыскание в суде). Списание - это когда ты корректно отражаешь убыток в учёте и за счёт этого платишь меньше налога. Это разные вещи, и списание деньги за товар не вернёт.

Документы - основа всего. Списать утрату без бумаг нельзя. При пожаре нужны:

• справка Государственной противопожарной службы МЧС, акт о пожаре, протокол осмотра места;
• инвентаризация: приказ на списание, сличительная ведомость, акт о результатах, акт списания;
• документы, подтверждающие себестоимость (закупочные и платёжные);
• от площадки - поартикульный перечень товара на пострадавшем складе и исправленные отчёты об остатках.

Дата признания расхода - дата документа компетентного органа (акта МЧС), а не дата пожара. Разрыв во времени тут нормален, не надо подгонять даты.

Общая система (налог на прибыль). Потери от пожара - внереализационные расходы, основание подп. 6 п. 2 ст. 265 НК РФ, в сумме себестоимости без НДС. Ранее принятый к вычету НДС по сгоревшему товару восстанавливать не требуется - утрата при ЧС не входит в закрытый перечень случаев восстановления.

Упрощёнка - тут ловушка, и её нужно сверить лично. По многолетнему правилу себестоимость непроданного утраченного товара в расходы на упрощёнке не попадала: перечень расходов был закрытым, а покупные товары списывались только по мере продажи. Сгорел - значит не продан - значит в расход не идёт. С 2026 года перечень расходов на упрощёнке, по ряду разъяснений, стал шире, и потери от ЧС потенциально можно обосновать. Но это свежая норма, практики по ней ещё нет, поэтому не принимай на веру - сверься со своим бухгалтером и актуальной редакцией Налогового кодекса. На упрощёнке «Доходы» расходов нет в принципе, списывать нечего.

Вывод: налоговое списание - полезный, но вспомогательный инструмент. Оно снижает налог, а не компенсирует потерю. Деньги за товар может вернуть только выплата, страховка или суд.

Сработает ли страховка?

По оценкам экспертов, полисы страхования товара есть лишь у небольшой доли продавцов, и лишь у части из них покрыты подобные риски. Штатные опции маркетплейсов чаще покрывают доставку, а не складские остатки.

Главная засада - исключение военных рисков. Стандартные полисы не покрывают убытки от военных действий, вооружённых конфликтов, терактов и диверсий, применения оружия и работы систем ПВО, а также пожаров, если первопричина - исключённое событие. То есть ровно то, что случилось. А если по факту возбуждают дело о теракте или диверсии, страховщику это даёт дополнительное основание отказать.

На будущее, если товар для тебя - это основные деньги бизнеса, имеет смысл разговаривать со страховщиком про отдельный полис с явно прописанным покрытием: падение беспилотников любого типа, взрывы и ударные волны, последующие пожары, товар на складах маркетплейсов - и желательно независимо от того, как событие потом квалифицируют органы. Это уже задел на будущее - чтобы следующий подобный удар не стал для бизнеса смертельным.

Как защитить бизнес на будущее: взгляд финдира

Теперь посмотри на эту историю глазами финдиректора. Дело не в том, что «Wildberries плохой» или «беспилотники виноваты» - это внешние обстоятельства, на которые ты не влияешь. Дело в том, что у многих продавцов на маркетплейсах весь оборотный капитал сосредоточен в товаре, а товар - в одной точке. Так и выглядит риск концентрации капитала, и в этот раз он реализовался.

Что делает финдир, чтобы такой удар не убивал бизнес:

• Не держит весь товар на одном складе. Распределение остатков по нескольким складам - это не только скорость доставки, но и страховка от того, что одна точка выносит весь оборот.
• Держит денежный резерв. Хотя бы на одну новую закупку. Резерв - это то, что превращает катастрофу в неприятность: сгорел товар, но ты можешь дозакупиться и не встать. Про то, где брать деньги на восстановление оборотки и что точно не стоит брать, у меня есть отдельный разбор: где взять деньги на бизнес.
• Знает свою себестоимость по каждому артикулу заранее. Половина боли продавцов сейчас - в том, что они не могут быстро доказать закупочную цену. Когда себестоимость посчитана и подтверждена документами до всякого ЧП, ты в любой ситуации знаешь свою реальную цифру и защищён.
• Разделяет операционный убыток и разовый шок. В управленческом учёте потеря от пожара - это отдельная строка, а не повод считать бизнес убыточным. Это позволяет принимать решения на цифрах, а не на эмоциях.

Собственно, для этого и нужен финансовый директор - чтобы такие риски были посчитаны и разложены заранее, а не осознавались в ночь пожара. Что именно он делает и зачем собственнику, я разобрал здесь: что делает финансовый директор.

Частые вопросы

Сгоревший товар - это не «сгорело на пять миллионов». Это минус себестоимость в твоём капитале и, возможно, чужой долг на твоей шее. Посчитай дыру, а не ценник, подготовь документы, не подписывай выплату вслепую - и принимай решения на холодную голову.

Об авторе

Илья Фёдоров

Основатель пРОСТо Финансы

Ставим управленческий учёт в малом и среднем бизнесе и ведём финансы по модели финдиректора на аутсорсе. Через нашу команду прошло более 250 компаний. Считаем деньги и риски собственника в цифрах, а не на нервах.